«Мы все подохнем!»: как киноученые тщетно пытались достучаться до власти и общества

Наука



На экраны вышла «черная комедия» «Не смотрите наверх», которая рассказывает о приближающейся к Земле комете, несущей несомненную угрозу для существования всего человечества. При этом большинство этого самого человечества, включая президентскую администрацию, не воспринимает комету всерьез. Кинокартина набрала неожиданную популярность среди ученых и научных журналистов русскоязычной части Сети, видящих в ней своего рода выжимку всех взаимоотношений ученых и общества. Отдел науки «Газеты.Ru» не мог пройти мимо этого явления и тоже решил присмотреться к этому фильму.

Фильм «Не смотрите наверх» (Don’t Look Up), вышедший 24 декабря на стриминговом сервисе Netflix, фактически и сам ворвался в наш мир внезапной и довольно-таки крупной кометой — среди всех этих ожидаемых, но вяловатых предновогодних «дюн» и «матриц». В «фейсбучной» среде у френдов-ученых и у научных журналистов стали множиться записи в духе «Вы видели?!» или отчеты «Я вот тоже посмотрел…» Многие немедленно подпали под обаяние ядовитого творения американского режиссера Адама Маккея, снявшего это все по собственному сценарию «на основе реально возможных событий».

Понятно, что тем, кто издавна просвещает своих читателей, пытаясь достучаться до всех с рассказами о реальной опасности глобального потепления или же о необходимости носить маски при пандемии, вынужденных при этом бесконечно спорить с поклонниками самых разных теорий заговоров и «личных мнений», просто импонирует внешне незатейливый сюжет этого фильма. В нем два нескладных ученых-астронома — профессор Рэндалл Минди (Леонардо Ди Каприо) и его аспирантка Кейт Дибиаски (Дженнифер Лоуренс) отправляются в мир политики и медиа, желая донести до всех правду о своем открытии — гигантской комете, которая неминуемо врежется в Землю и погубит все живое через шесть месяцев. Пусть сама по себе тема неотвратимого армагеддона в нашей первой реальности чаще всего оказывается эпизодической страшилкой желтых СМИ — и это обстоятельство в фильме тоже обыгрывается, накручивая таким образом слой за слоем и недоверие привычных к такому обороту медиабоссов и искушенных «лидеров мнений», и внезапно простую истину, — и в нашей реальности такое вполне может случиться, стоит лишь первоначальному недоверию смениться консолидированной уверенностью мирового научного сообщества, быстро подтверждающего расчеты первооткрывателей.

«Это альтернативная реальность!» — почти сразу же внушает себе и окружающим доктор Минди, хватаясь за голову и отказываясь верить в происходящее, но все же вынужден осваиваться в этой новой реальности. На что, кстати, Кейт, которая зрителям казалась в тот момент более стрессоустойчивой, замечает: «Надо накуриться!».

Необходимо оговориться, что такой фильм не мог понравиться абсолютно всем. И претензии возникают по самым разным причинам. Противники глобального потепления и антипрививочники найдут здесь очевидные аллюзии на свои выходки, а слишком въедливых поклонников науки, кажется, могут напрячь, скажем, эпизоды со спонтанным «расчетом эфемерид» новонайденной кометы, проводимым профессором Рэндаллом Минди в ответ на наивный вопрос какой-то студентки, — в реальности он, скорее всего, использовал бы для этого не доску с мелом и с трудом припоминаемые со студенческой скамьи формулы, а соответствующие компьютерные программы. Но работа с телескопом в холодном подкупольном помещении в митенках и с иссякающим бледным пакетиком чая, а также отчетливо видимый лазерный луч адаптивной оптики, кажется, должны растопить и эти сердца. Да и суть донесения неожиданного открытия, затрагивающего всех живущих на Земле, за всей этой истеричной буффонадой передана верно: ученым чрезвычайно сложно достучаться до современного общества, и даже умудрившись донести эту правду до политиков и влиятельных лиц, они сталкиваются с искажениями, попытками всячески манипулировать наукой и использовать все, что она дает, в сиюминутных политических интересах и для достижения своих корыстных целей.

Поначалу, несмотря на «альтернативную реальность», все идет вроде бы как должно: главный специалист по космической защите немедленно вникает во все детали и выходит с нашими героями для доклада сразу же на самый верх. Однако команда президента (вернее, президентши в исполнении Мэрил Стрип) просто потрясает всех их своей неадекватностью, начиная с «присматривающего за этим делом» пентагоновского генерала, который зачем-то берет деньги за бесплатный перекус — и эта неразрешимая загадка будет затем периодически мучить Кейт на протяжении всего действия. «Президент Орлин в полной заднице», — говорят журналисты. Идет клиповая нарезка текущих политических событий, Кейт хватается за смартфон. Опаздывая и решая свои срочные дела — а на самом деле справляя чей-то день рождения — президент все же удостаивает ученых приема на следующий день и соглашается их выслушивать в течение лишь нескольких минут — поскольку у нее на носу сложные выборы проштрафившегося союзника. Растерявшиеся астрономы пытаются судорожно что-то объяснить про комету: «Прилетела из облака Оорта… Мы использовали метод Гаусса… Цунами высотой с милю… Такие кометы — это убийцы планет». «Но это ведь не 100%?» — вопрошают жизнерадостные члены команды президента. На предложение послать дроны с ядерными зарядами ученые получают вердикт: пока молчать и подумать. И при этом: «Все, о чем мы говорили, — это суперсекретно». На это Рэндалл и Кейт говорят сами себе: «Надо уходить отсюда, это какое-то шоу фриков». И затем соглашаются все «слить прессе»: «Ты просто расскажешь им историю доступно, без математики».

В момент объяснения с прессой и в некоторых других местах внимательный зритель, конечно, не может не обратить внимания на то, что ставки все время растут: первоначальная оценка величины кометы 5-10 км, а на шоу «комета больше астероида, убившего динозавров, летит на Землю».

В экстренном президентском сообщении вновь говорится о 9 км и пяти месяцах. Где-то под конец комета уже «в два раза больше, чем Чиксулуб» (астероид, убивший динозавров). Возможно, все это следует за уточнением каких-то научных данных, хотя странно, что комета вырастает так по ходу фильма раза в четыре. Опять же нельзя не отметить, что даже столь гигантский объект, упавший в океан, не должен привести к гибели всего живого на планете, хотя, конечно, на долгие годы на ней установится что-то вроде ядерной зимы, которую придется переживать в укрытиях. Комета, к тому же из «внешнего облака Оорта», значит, она будет состоять в основном изо льда, а не из редких металлов, ведь такое характерно скорее для объектов из внутренней части Солнечной системы.

Тем не менее, сцены на шоу под говорящим названием «Нарезка» — это отдельная «мякотка», с которой сталкиваются все научные журналисты и ученые, решившие заняться популяризацией. Ведь зрители «любят сюжеты про науку — главное, легко и весело». Перед выходом к зрителям ученый получает своеобразное напутствие от «настоящей звезды»: «Занимайся своими делами, старпер». В процессе перехода «от свадьбы к науке», которая остается на шоу на закуску, соведущий интересуется, «есть ли в космосе живые существа?», не преминет пошутить про НЛО и пожелает, чтобы комета Дибиаски уничтожила дом, где живет его бывшая. Ну и такое вот: «Я и не знал, что «Субару» делают телескопы» (тут-то мы и понимаем, для чего в качестве телескопа первооткрывателей был выбран именно телескоп «Субару»). В общем, «все они не так умны, чтобы быть злодеями, какими вы их видите».

Первой на шоу теряет контроль над собой, как ни странно, Кейт, которая считает, что публику надо «напугать, вселить тревогу». «Мы все подохнем!» — кричит она, выбегая из студии, и это все расходится на мемы. «У моего брата была биполярка», — сочувственно замечает жениху Кейт приятель, а оставшийся в студии профессор расстроенно бормочет: «Надо было дать ей лишнюю таблетку ксанакса». «Мы пригласим вас еще, а вот крикливой даме мы не очень рады. Девушке явно нужна медиаподготовка», — резюмирует ведущая «Нарезки» в исполнении Кейт Бланшетт, которая затем решает завести роман с «сексуальным профессором», несмотря на то, что «Количество кликов по этой теме меньше, чем у прогноза погоды». В постели она просит, чтобы завестись: «Скажи, что мы все подохнем!» И благодарит: «Я спала с двумя бывшими президентами. Но еще никогда в жизни не была такой живой. Спасибо».

Жанр, обозначаемый как черная комедия, редко позволяет хотя бы широко улыбнуться — это драма, которая слишком уж отдает фарсом, тут предлагается получать удовольствие от сатирической меткости создателей фильма. Но некоторые шутки, скажем, про овальный кабинет или про Лигу плюща, вряд ли доходят до русского зрителя — некоторые ругают в этом перевод. Казалось бы, реалистичный посыл: ученые вовсе не герои, со своими страстями и слишком уж неустойчивые в психическом отношении, с «паническими атаками», горстями жрут какие-то таблетки (видимо, поэтому у фильма стоит категория 18+, ведь больше, кажется, такое давать там и не за что) — это все сменяется чередой нервных срывов и истерик, живописуемых со всеми подробностями. Некоторые персонажи уж слишком ходульны и порой оказываются за пределами всего разумного — вроде ветерана, отправляющегося спасать мир на «списанных шаттлах», которого играет Рон Перлман. «Нам нужен герой, а не автоматы». «Если я умру, то пусть моя жертва будет не напрасна», — говорит появившийся герой. «Это из «Спасти рядового Райана», — с гордостью комментирует циничная президентша.

Разумеется, «списанные шаттлы» нельзя извлечь в одночасье и послать их спасать мир. Но эту сцену, в которой победа разума или просто заменяющих его каких-то мимолетных политических обстоятельств была максимально близка, тоже нужно списать на всеобщую буффонаду и стремление поглумиться над фильмами-предшественниками вроде «Армагеддона» с Брюсом Уиллисом про героически предотвращенную катастрофу или «Марс атакует!» Тима Бёртона, который сразу же вспомнился столь же нелепыми президентскими потугами, не способными предотвратить беду, которая уже на пороге.

«Весь этот конец света — по-моему, полная хрень!» — говорит новый приятель Кейт, явившийся прямиком из «Дюны» — актер сыграл накануне Муад’Диба, возглавившего дом Атрейдесов. И тут же является видимая невооруженным глазом комета: «Смотрите, вот она. Да, страшновато…» — «Мы пытались сказать вам…» — «Мы ее видим. Вот она! Она настоящая».

«Я благодарна за то, что мы пытались», — замечает Кейт в финале. «У нас было абсолютно все, если подумать», — с грустью признает профессор. Затем они все дружно молятся, и ученые тоже, а мы постараемся далее не спойлерить хотя бы касательно самого финала. Ну и насчет загадочного предсказания, выданного госпоже президентше технологическим гением: «Тебя съест некий брантерок». Кстати, насчет самого профессора он кардинально ошибся, предсказывая ему такое: «Ты умрешь в одиночестве».

Отдельный интерес представляет дискуссия о том, испытывают ли какие-то симпатии к левым и коммунистам авторы фильма, клеймящего «постмодернистскую логику позднего капитализма», который, как по Марксу, при 300% прибыли готов пойти на любые риски и преступления. Во всяком случае в фильме Китай, Индия и Россия пытались, пусть и неудачно, что-то такое альтернативно-спасательное запустить с Байконура — видимо из-за того, что их все равно обделили при дележе грядущих кометных богатств. Кажется, Кейт в какой-то момент всерьез была готова призвать на борьбу с коррумпированной властью толпу с улиц, открыв им правду про «миленький бантик, которым украсят это дерьмо». «Хотите знать, что происходит?» — спрашивает она. И объясняет, что спасательная миссия отменилась, «чтобы богатые стали еще более безобразно богатыми». Но попытка открыть глаза «простому люду» на все происходящее приводит лишь к немедленному дикому и бессмысленному погрому и задержанию самой Кейт. Так что нигде никакого спасения не может быть — ни в религии, ни в коммунизме. «План президента? Все погибнут». Как Кейт и говорила в студии, мы просто все подохнем.

Хотя по здравому размышлению нужно было бы все же поставить на план новоявленного Маска и Стива Джобса в одном лице. Разумеется, это противоречило бы всей логике фильма, и, двигаясь по такому пути, его создатели получили бы весьма странный и обескураживающий конец, но в реальной жизни так всегда почему-то и происходит: морали, которая непременно нужна в такого рода язвительных памфлетах, может просто не быть.



Источник

Оцените статью
Айтика - новости IT